«Зборовская битва»

1 июля 1941 года коварный враг приблизился к древнему Рогачеву. В районе молочноконсервного завода (топонимическое название – «Бугор») скопилось много отступающих групп красноармейцев и гражданского населения города Бобруйска, которое стремилось на восток подальше от наступающих фашистов. Артиллерийский расчет 45-тимиллиметровой пушки отступил к нашему городу, сохранив и боеприпасы. На дороге Бобруйск–Рогачев к городу приблизилась механизированная вражеская группа.

Мужественные артиллеристы свыше двух часов вели неравный бой с наступающими фрицами, ценой своих жизней дав возможность нашим переправиться через Друть.

В воспоминаниях краеведа Михаила Прохоровича Макарова есть информация о том, что после овладения деревнями Задрутье и Стреньки фашисты задерживали отступающие группы красноармейцев, «сортировали» рядовой состав и с небольшой охраной отправляли в Бобруйск. А командный и политический составы расстреливали в березовой роще, которая расположена по левую сторону дороги Рогачев-Лучин. Эти бесчеловечные зверства они чинили с пленными в самом начале войны.

2 июля 1941 года немцы уже были в Рогачеве. Рано утром на подручных средствах немецкая пехота форсировала Днепр и захватила небольшой плацдарм на левобережье реки Днепр. 520-й стрелковый полк (далее – СП) 167 стрелковой дивизии (далее – СД) артиллерийским минометным огнем и стрелковыми подразделениями уничтожили врага.

2 июля немцы плавтехникой форсировали Днепр в районе Зборова, переправили пехоту и начали наступление в сторону Гадиловичей. Бои здесь непрерывно вели воинские части 167-й СД и 61-й СД 63-го стрелкового корпуса (далее – СК).

После мощного авиационного и артиллерийского удара по позициям 167-й СД немцы, задействовав инженерные подразделения, 3 июля 1941 года в три часа утра форсировали Днепр в районе Рогачева. Враги, поддерживаемые авиацией, перешли на левобережье реки. Подразделения подполковника Анисимова несколько раз переходили в контратаки, бои – в рукопашные схватки, с обеих сторон были большие потери. Командир роты лейтенант Владимир Браун (немец Поволжья) и младший политрук Петр Чикунов (русский) отстреливались после гибели рядовых бойцов до последнего патрона. Исколотые штыками врага, они умерли в медсанбате после прихода подкрепления.

К 12.00 в результате ожесточенных боев 167-й СД фашисты после трех неудавшихся контратак отступают.

3 июля 1941 года командир 520-го СП подполковник Анисимов в сопровождении своего ординарца лейтенанта Лысака прибыл на позиции пулеметной роты в красноармейской гимнастерке, за что его отстранили от должности и предали суду военного трибунала.

Севернее Рогачева в деревне Зборов немцы смогли захватить и соорудить укрепления 167-й СД. Комдив Василий Степанович Раковский приказал создать ударную группу из добровольцев, которую возглавили командир батальона капитан Минеев и подполковник Федин, командир полка 465-й стрелковой артиллерии.

В ночном бою немцы были выбиты из Зборова. В этой ночной схватке боец 3-й стрелковой роты Иван Блохин уничтожил пять фашистов.

4 июля 1941 года разворачивались бои за Турск. На левобережье Днепра немцы подтянули резервы, пехота сменила тактику, немецкие автоматчики не шли во весь рост как ранее, а ползли по-пластунски или использовали короткие перебежки. 503-й СП 167-й СД в течение дня отбил шесть контратак врага. В этих боях погиб капитан Минеев.

Враг начал менять тактику. 4 июля на позиции 1-й пулеметной роты, 1-й и 2-й стрелковых рот пришел капитан саперных войск и приказал трем ротам без подготовки идти в атаку на немецкие позиции. Немец-диверсант спровоцировал атаку на позиции врага, где находился в засаде вражеский танк. Атака захлебнулась, вражеский танк уничтожил артиллерийский и минометные расчеты и обратил бойцов в бегство со своих позиций. Офицер-диверсант был арестован и расстрелян.

В ночь с 5 на 6 июля немцы беспрепятственно пехотой и танками форсировали Днепр в районе Зборова, стремясь выйти на дорогу Рогачев–Гадиловичи–Довск. 

Командир 63-го СК Леонид Григорьевич Петровский перебросил в это место пехотные и артиллерийские части. Шли кровопролитные бои. В воздухе господствовала вражеская авиация. Чтобы отвлечь внимание немцев от рогачевского участка фронта, комкор Петровский принял решение провести разведку боем силами 117-й СД.

6 июля 1941 года 117-я СД на южном крыле 63-го СК силами полков, кавалерийских подразделений и дивизионной артиллерии форсировала Днепр и овладела городом Жлобином. Дивизия силами 240-го и 275-го полков выдвинулась на 7–8 километров в направлении Бобруйска.

Немецкая 10-я механизированная дивизия в спешном порядке отступила от Жлобина. Враги перебросили от Рогачева к Жлобину танки и мотопехоту.

Артиллерийский дивизион 546-го артиллерийского полка 117-й СД прикрыл дорогу Рогачев–Жлобин. Немцы пошли на хитрость – на броне своих танков нарисовали красные звезды. Советские артиллеристы приняли их за своих и два десятка вражеских танков беспрепятственно вошли в Жлобин. 240-й и 275-й полки 117-й СД полковника Чернигова оказались в окружении. Немцы уничтожили переправу через Днепр в районе Жлобина. Три полка 117-й СД (240-й, 272-й и 275-й) героически сопротивлялись на территории Жлобинского района и, понеся большие потери, вышли из окружения на территорию Буда-Кошелевского района. В этих боях пропал без вести командир 272-го СП.

Генерал Петровский отстранил от командования 117-й СД полковника Чернигова, назначив командиром дивизии подполковника И.Д. Хижняка.

На левом фланге 63-го СК место фронта ушедшей 117-й СД заняла 154-я СД полковника Я.С. Фоканова.

В течение дня 7 июля 1941 года продолжались упорные бои с немцами в районе Зборова. К вечеру контратака советских бойцов в районе Зборова привела к захвату большого числа пленных и трофеев, оружия, боеприпасов, продуктов питания. Ветераны 167-й и 61-й СД после войны в своих воспоминаниях бои в окрестностях этой деревни окрестили «Зборовской битвой», что говорит о серьезном накале боев на Днепровском рубеже.

В период с 3 по 8 июля 1941 года немцы пытались форсировать Днепр в районе Вищина. В это же время 615-й СП 154-й СД успешно вел оборону Лучина.

8 июля 1941 года левобережье Днепра было очищено от немцев. Комкор Л.Г. Петровский начал допросы пленных фашистов. По итогам боев с фашистами в период со 2 по 8 июля Леонид Григорьевич издал приказ № 5 по 63-му СК: подполковник Федин отстранялся от должности командира 465-го полка, на его место назначили подполковника Григория Петровича Гордеева.

О героизме участников «Зборовской битвы»

Настоящий героизм и преданность солдатскому долгу в период «Зборовской битвы» проявил командир истребительной противотанковой батареи 131-го особого истребительного противотанкового артиллерийского дивизионного полка лейтенант Марин.

Этот артиллерийский противотанковый полк совместно с 221-м СП 61-й СД маршем двигался из Довска к Днепру в район Комарино–Зборов. На марше 61-й СД эти два полка были в авангарде. На развилке дорог западнее Зборова немцы нанесли удар по походной заставе. Разведка доложила, что противник силой одного полка и десяти танков концентрируется в Зборове и готовится к атаке.

Командир 221-го полка подполковник Горелик принял молниеносное решение – контратаковать противника. Подразделения полка быстро развернули в боевой порядок. Пулеметную роту капитана Щербакова посадили на бронированные тягачи «Комсомолец». Пушки полковой артиллерии и истребительного дивизиона прямой наводкой нанесли удар по танкам и огневым точкам немцев.

С тягачей открыли огонь 25 пулеметов. Бой был жестким. Немцы потеряли 7 танков и около батальона пехоты и отступили к Днепру. Слева от Рогачева рота немцев на мотоциклах при поддержке трех танков попыталась помочь прижатым к реке «коллегам». Советские артиллеристы подбили три танка, а пехота рассеяла мотоциклистов. Командир полка подполковник Горелик был ранен, руководить 221-м полком стал капитан Щербаков.

Бойцам подразделений было приказано разобрать сарай в Зборове и готовить плоты для форсирования Днепра. В спешном порядке соорудили 200 плотов, по очереди заполняли их солдатами, оружием, легкой артиллерией, боеприпасами и отправляли на противоположный – правый – берег Днепра.

Фашисты со всеми видами оружия открыли огонь по форсирующим советским солдатам. В реку падали убитые и раненые.

Командир взвода 45-милиметровых орудий младший лейтенант Видовский отдал команду открыть артиллерийский огонь с плотов по огневым точкам врага.

Когда до берега осталось недалеко, первым в воду бросился капитан Щербаков, за ним командиры и бойцы подразделений. Завязался штыковой и рукопашный бои на правобережье Днепра.

Первым на правый берег Днепра вытащили орудие младшего лейтенанта Синета. Его расчет сразу открыл огонь по врагу. В бой с плотом вводили расчеты станковых пулеметов. Полк капитана Щербакова захватил плацдарм на правобережье Днепра (по фронту – 700 метров и в глубину обороны врага – 400 метров). Сбросить в реку защитников плацдарма врагу не удалось. Плацдарм стал удобным тактическим местом в дальнейшем освобождении Рогачева.

10 июля 1941 года комкор Л.Г. Петровский отдал приказ провести разведку боем командиру 200-го разведывательного батальона капитану Степанищеву. В поддержку разведчикам дали два артиллерийских дивизиона.

В ночь с 10 на 11 июля 1941 года на западный правый берег Днепра переправились разведчики, беззвучно сняли часовых и уничтожили береговую охрану врага. К рассвету три траншеи немцев были под контролем разведбата капитана Степанищева.

С восходом солнца рота капитана Пака вела бой на улицах восточной части Рогачева. Ее действия с юга прикрывала рота лейтенанта Ронежина. Разведчики захватили пленных, бой продолжался до 14.00. Далее враг открыл мощный артиллерийский огонь по наступающим бойцам 200-го разведбата. Затем налетела авиация, и с севера пошли несколько танков с целью отрезать батальон от переправы.

Батальон выполнил задание, взяты пленные, которые дали ценную информацию о воинских частях врага. Батальон Степанищева с потерями отступил на левобережье Днепра.

 

Приказ генерала Ефремова – форсировать Днепр и овладеть Рогачевом

Интересной была оперативная обстановка по линии фронта Жлобин–Рогачев–Быхов в период с 10 по 12 июля 1941 года из корпусов 21-й армии генерала Ефремова.

63-й СК генерала Петровского на линии обороны по фронту Жлобинский–Рогачевский районы сосредоточил у себя основную часть армейской артиллерии – это 318-й четырехдивизионный артполк, четыре корпусных четырехдивизионных артполка: 546-й, 420-й, 637-й и 503-й гаубичные артполки. Кроме того, в каждой стрелковой дивизии было по два артполка, в каждом стрелковом полку – артиллерийский батальон. А еще водная преграда Днепра с широкой и болотистой поймой. 63-й СК был мощным по насыщенности артиллерийским вооружением.

Оперативная обстановка 8–11 июля 1941 года на фронте обороны 63-го СК была такова: интенсивное скопление немецких танков – от 150 до 170, особенно в лесах от Вищина до Заполья. Немцы в это время имитировали подготовку форсирования Днепра по линии Проскурино–Зборов.

10-11 июля 1941 года немцы отвели свои главные силы Жлобинско-Рогачевской группы в направлении Бобруйска. С 7 часов утра 12 июля 1941 года враги подтянули танковые части из Бобруйска назад в сторону Рогачева и Жлобина. 12 июля немецкая пехота – 15 танков и 40 бронемашин – форсировали Днепр на востоке от Старого Быхова. Враги сделали ставку на более перспективный план наступления по линии Старый Быхов–Пропойск–Смоленск.

Утром 12 июля 1941 года генерал-лейтенант Ефремов прибыл на командный пункт 63 СК генерала-майора Петровского и приказал силами 167-й СД генерал-майора Василия Степановича Раковского форсировать Днепр и овладеть Рогачевом. Раковский вспоминал, что приказ командующего 21-й армией стал для него неожиданностью: во-первых, дивизия находилась в обороне; во-вторых, не было предварительной подготовки к форсированию с точки зрения материальной базы; в-третьих, не было времени – с утра до обеда трудно подготовиться.

Генерал Раковский доложил комкорпуса Петровскому о приказе и попросил отодвинуть сроки форсирования Днепра в районе Рогачева хотя бы на вечер 12 июля, но получил отказ и команду повторить приказ генерала Ефремова.

Из штаба 63-го СК генерала Петровского Раковский распорядился собрать командиров полков дивизии и подтянуть дивизионные переправочные средства к Днепру напротив Рогачева. Начальник штаба 167-й СД полковник Чечерин доложил, что командиры собраны в штабе, а переправочные средства дивизии полностью уничтожены вражеской авиацией.

Командирам воинских частей довели приказ генерала Ефремова о том, что 12 июля в 15.00 необходимо форсировать реку и освободить Рогачев от фашистов. Поспешность проведения операции объяснялась тем, что немцы на этом участке перешли к обороне, основные свои силы направили на территорию Быховщины. С точки зрения оценки оперативной ситуации операция должна была быть неожиданной для фрицев. Принято решение форсировать Днепр в южной части Рогачева возле разрушенного моста (сейчас это район Замковой горы и «Зевакина кургана») и в другом месте – в 7 километрах на юг от города, там под прикрытием дымовой завесы демонстрировались формирования реки. Цель второго места – препятствовать быстрой переброске в Рогачев немецких подразделений Жлобинского направления.

Суть тактики переправы через реку подразделений 167-й СД генерала Раковского: второй батальон 520-го СП капитана Константина Ануфриевича Покатило с сапером на подручных средствах форсирует Днепр, захватывает плацдарм и переправляет с правого берега Днепра на противоположную сторону плоты, которые здесь находились со времени сплава леса в начале июля 1941 года.

На левом берегу инженерные подразделения укладывали плоты на сваи взорванного моста и таким образом сооружали штурмовой мост.

Артиллерия дивизии во время форсирования уничтожила в южной части Рогачева артиллерийские и пулеметные точки врага.

Дивизия начала спешно готовиться к форсированию Днепра. Погода 12 июля была очень жаркой, немцы отдыхали, слышались звуки губных гармоников.

За 20 минут до начала форсирования реки в наблюдательный пункт генерала Раковского прибыл комкор Петровский и лично проверил готовность штурмовых групп и первого эшелона форсирующих реку подразделений. Ровно в 15.00 командир артподразделений дивизии полковник Рудит отдал приказ: «Огонь!».

Три артиллерийских полка 40 минут наносили удар по южной и юго-восточной частям Рогачева.

На врага обрушился шквал металла. Фашисты, как очумелые, метались между зданиями и гибли от осколков снарядов и мин. Внезапность наступления была достигнута.

С первыми залпами от левого берега отчалили лодки со штурмующими подразделениями и саперами.

Без потерь был захвачен участок правобережья Днепра. Отряд сплавщиков стал перетягивать плоты с правого берега на левый, а там инженерные подразделения быстро скрепляли их и укладывали на сваи взорванного моста.

Немцы по рации вызвали авиацию, вражеские штурмовики начали наносить удар по строящейся переправе. Столбы воды от взрывов поднимались вверх, гибли бойцы инженерных штурмовых подразделений, но мост продолжали строить, преодолевая страх за жизнь и оставаясь верными солдатскому долгу.

12 июля в 15.40 артиллерия перенесла удар вглубь укреплений врага. Второй батальон капитана Покатило с криком: «Ура» ринулся во вражеские траншеи. Завязались уличные бои, к переправе подошел 465-й СП 167-й СД, мощь наступающих частей стала усиливаться.

520-й СП начал наступление на центр Рогачева. С южной части во фланг наступающим советским бойцам ударило орудие танка и пулеметные расчеты врага, продвигаться стало невозможно. Два красноармейца подожгли танк горючей смесью.

В боях за Рогачев героической смертью погиб Константин Ануфриевич Покатило. 615-й СП подручными средствами форсировал Днепр, на 7 километров к югу от Рогачева захватил часть правого берега реки.

В ночь на 14 июля 1941 года Рогачев был почти полностью очищен от фашистов. Всю ночь из тыла 63-го СК в наш город для 167-й СД генерала Раковского подвозили боеприпасы и вооружение. Готовился и враг, он стал подтягивать к Рогачеву воинские подразделения из Жлобинского и Быховского направлений.

Утром 13 июля генерал Петровский издал приказ № 6 по штабу 63-го СК. Его суть: 61-я стрелковая дивизия 63-го СК 13 июля начинает наступление в районе Зборова с плацдарма возле деревни Озерище. К ней подключаются с резерва 1-й дивизион 420-го крупногабаритного артиллерийского полка и 6-й минометный батальон (без первой роты).

Дивизия до 14 июля должна была занять район деревень Фалевичи, Новоселки, Тихиничи, колхоза «Тихиничи» и далее наступать на Староселье, Старцы. Для обороны правого фланга корпуса в распоряжение 61-й СД передавался усиленный разведбатальон Степанищева, которому необходимо было до 00.00 часов 13 июля занять Озераны и преградить тем самым удар немцев во фланг корпуса.

Справа батальона капитана Степанищева. – 67-й СП. Он наступал в направлении Шапчицей, Комаричей, Быхова. Граница с ним – деревни Ширки, Гадиловичи, Чигиринка. Границы слева – Зборов, Жиличи, Букин. 167-я СД наступала по фронту Рогачев–Лучин. Ее поддерживали своим огнем 1-я рота 6-го минометного батальона, а также 1-й и 2-й дивизионы 503-го гаубичного артполка, 1-й и 2-й дивизионы 546-го крупнокалиберного артполка. До 3.00 14 июля они должны были занять окрестности деревень Филипковичи, Пласкиня, Тихий Угол. В дальнейшем – наступать на Волосовичи. Граница слева – Цупер, Лиски, Михалева, Старые Велички.

154-я СД при поддержке 3-го артдивизиона 546-го крупногабаритного артполка должна была форсировать Днепр на участке Цупер–Стрешин, наступать вдоль шоссе Жлобин–Бобруйск, до 3 часов ночи 14 июля 1941 года – занять район Поболово, Красный Берег, Сеножатки и в дальнейшем наступать на Бобруйск.

Резерву 154-й СД, 437-му полку необходимо было переправиться вслед за дивизией и двигаться в направлении Жлобина, деревень Луки, Миньков, Заболотье, до 4 часов утра 14 июля сконцентрироваться в районе хуторов Кошарские. 66-й СК наступал по западной части реки Березина с целью отрезать глубокие резервы немцев от фронта. Граница с ним – Лалотин, местечко Стрешин, Паричи и далее по Березине.

63-й СК перешел в наступление в главном направлении на Бобруйск с главной задачей – во взаимодействии с 66-м СК уничтожить Жлобинско–Бобруйскую группировку врага.

Начали наступление главными силами с рубежа западного берега Днепра в 17.00 13 июля. Командный пункт перенесли в лагерь пионеров возле шоссе Довск–Рогачев. Бои на улицах нашего города продолжались до утра 14 июля. Воинским частям 167-й СД каждый дом приходилось брать с боем. Подполковник Некрасов (командир 520-го СП) вспоминал, что в освобожденном Рогачеве, в западной его части, он видел большой солдатский могильник немцев. 14 июля 1941 года все войсковые соединения 63-го СК продолжали наступление в западном и северо-западном направлении. Во время освобождения деревни Стреньки на шоссе разведка 167-й СД увидела несколько вражеских танков, экипажи которых никак не реагировали на их появление. Разведчики открыли люки и вытащили из танков изможденных длительными переходами словаков – танкистов, которые очень хорошо понимали русский язык.

 

Интересные факты о боях за Рогачев в июле 1941 года

О боях в Рогачеве и Жлобине в июле 1941 года писала газета «Известия». Архивные газетные материалы сохранили свидетельство того, как в боях под нашим городом немецкие солдаты сдавались в плен, что в дальнейшем в военных событиях на Рогачевщине было крайне редко. Центральная газета «Известия» за 15 и 19 июля 1941 года приводит примеры «героизма» солдат Вермахта: «Мы добровольно сдались, – заявил пленный Иоганн Фишер (пролетарского происхождения, по профессии столяр)». «Саксонец Бернард Гуттер в действующей армии был девять месяцев, добровольно сдался в плен со своими сослуживцами». «Отряд немцев под руководством лейтенанта Геральда Гайслера и фельфебеля Вальтера Мюллера добровольно сложили оружие». «На допросе двух немецких пленных. Один – немец, другой – словак. Словак говорит: «Мы не хотели, мы не знали, что нас гонят на войну с русскими» – и заплакал. Немец начал на него кричать, ринулся в его сторону, словак продолжал: «Нас ставят в переднюю шеренгу, а немцев сзади».

Отступающие немцы оставили в удобных засадах в Рогачеве диверсантов – снайперов, которые стремились убить, в первую очередь, советских офицеров. В архиве центра туризма и краеведения сохранились воспоминания свидетелей тех далеких событий. Один из них Николай Комаровский (ныне покойный). Ему в 1941 году было 14 лет. Он рассказывал, как по улице Циммермана (в районе современного парка «Озерный») шла стрелковая рота. Впереди на лошади ехал молодой офицер. На глазах у Николая половина головы офицера снесла разрывная пуля немецкого снайпера. Офицер проехал еще 10 метров на лошади за счет мышечной памяти. Взвод солдат разбежался врассыпную. Двух немецких снайперов, расположенных в водонапорной башне железнодорожной станции «Рогачев», смогли уничтожить только вечером.

В освобожденном Рогачеве продолжал действовать истребительный батальон, главная задача которого – поддерживать порядок в прифронтовом городе. Немцы забрасывали в Рогачев диверсионные группы. Наш архив сохранил еще один любопытный эпизод. После войны подполковник в отставке Хотько рассказывал, что во второй половине июля 1941 года в звании лейтенанта он по долгу службы находился в здании районной почты. Сейчас на этом месте расположен городской Дом культуры. Лейтенант Хотько со второго этажа почты увидел, как к подъезду здания подъехала полуторка, в кузове которой сидели красноармейцы. Из кабины вышел офицер и пошел в здание почты. Советскому офицеру показались странными лица солдат. Все они сидели молча и не разговаривали. На улице было жарко, и реакция солдат должна быть иной: к примеру, они могли хотя бы выйти из машины и попить воды. Странное поведение наблюдалось и у водителя, он заметно нервничал. Лейтенант Хотько обратился к солдатам с предложением освежиться водой. Солдаты молчали. На вопрос: «Из какой вы части?» – солдаты тоже молчали. Советский офицер принял решение снять чеку из гранаты и кинуть в кузов машины. Раздался взрыв и крики раненых на немецком языке. Офицера-диверсанта задержали в здании почты. Лейтенант Хотько за выполнение этой боевой задачи получил орден Красной Звезды. Эта награда спасла капитана Хотько в грозном 1943 году. Пуля врага попала в нижний лепесток звезды. Полковник Хотько дорожил этим орденом больше других наград.

Еще один исторический факт. В расположении воинских частей 63-го СК во второй половине июля 1941 года побывал известный советский писатель, военный журналист Константин Симонов вместе с фотокорреспондентом. На железнодорожной станции «Рогачев» Константина Симонова в военной форме без знаков различия приняли за диверсанта. Комендант Рогачева был знаком с военным фотокорреспондентом и поэтому отважных журналистов после посещения воинских частей героического 63-го СК отправили в направлении Могилева.

В истории военных событий на Рогачевщине июль-август 1941 года – пример мужества, героизма бойцов и офицеров воинских частей 63-го СК и, безусловно, полководческого таланта генерал-лейтенанта Леонида Григорьевича Петровского.

 

Геннадий ТИТОВИЧ,

директор Рогачевского районного центра туризма и краеведения детей и молодежи,

руководитель музея «Лёс салдата». 

 

Недостаточно прав для комментирования. Войдите на сайт используя социальные сети.

Войти с помощью

Яндекс Реклама